ЖИВОПИСНЫЕ ИСТОРИИ - 2

история 29(81)

 

 

Россет

 

 

 

Александра Осиповна Россет (1809-1882)

 


 

Обаятельная и остроумная Александра Осиповна Россет была молодой фрейлиной Императорского двора и, по мнению многих, поистине обладала талантом дружбы. Она страстно увлекалась поэзией, искусством, интересовалась философией и слыла одной из самых интересных и образованных женщин петербургского общества.
 

"Южная красота тонких, правильных линий смуглого лица и черных, бодрых, проницательных глаз, вся оживленная блеском острой мысли, ее пытливый, свободный ум и искреннее влечение к интересам высшего строя - искусства, поэзии, знания - скоро создали ей при Дворе и в свете исключительное положение, - вспоминал И. С. Аксаков. - Скромная фрейлинская келья на 4-м этаже Зимнего дворца сделалась местом постоянного сборища всех знаменитостей тогдашнего литературного мира".
 

Дружеские отношения связывали ее с Жуковским, Вяземским, Пушкиным, Лермонтовым, Плетневым, Гоголем, Хомяковым, Аксаковым и многими другими литераторами и деятелями искусства.

 

Внешность этой женщины столь своеобразна и неповторима, что ее трудно спутать с кем-то другим. По отцу в ней есть французская кровь, по материнской линии - восточная (бабушка - княгиня Е. Е. Цицианова, грузинка). От Россетов она унаследовала французскую живость, восприимчивость ко всему изящному и остроумие, от Лореров - предков по материнской линии (немцев) - изящные привычки, любовь к порядку и вкус к музыке, от грузинских предков - лень, пламенное воображение, глубокое религиозное чувство, восточную красоту и непринужденность в обращении.
 

Даже в суховатом графическом портрете особенное внимание обращают на себя черные брови и большие умные глаза с "пронзительным", как говорили современники, взглядом.

 

Как метко написал о них Пушкин:

 

И можно с южными звездами

Сравнить, особенно стихами,

Ее черкесские глаза...
 

Глаза эти, как отмечали все, то искрились весельем и радостью, то смотрели с глубокой тоской, выражая тревожную противоречивость натуры.
 

На этом и других портретах Россет прекрасна оригинальной, неповторимой красотой.
 

В 1826 году, закончив Екатерининский институт одной из первых по успеваемости, Россет осталась круглой сиротой и совершенно без средств. На ее выдающиеся способности обратила внимание вдовствующая императрица Мария Федоровна. Александра Осиповна была определена в штат, сначала фрейлиной вдовствующей императрицы, а вскоре и к молодой супруге Николая I - Александре Федоровне.
 

"Личная преданность всей царской семье, - отмечают исследователи, - осталась навсегда... Резко осуждая развращенные нравы Двора, она при этом всегда умела находить аргументы для идеализации Николая I и всей императорской фамилии".

 

"...Каждый из нас был бы во сто крат хуже, - писала она Гоголю, - если бы его систематически и столько лет окружали льстецы и подлецы и не допускали никогда истины..."
 

Прелесть общения с этой остроумной женщиной ценили русский император Николай I и его брат, великий князь Михаил Павлович. Они доверяли ее мнению и на протяжении всей своей жизни Александра Осиповна старалась использовать свои связи при Дворе, чтобы помогать своим друзьям-литераторам.
 

Благоволили к ней и дочери царя - Мария, Ольга (которая и дала ей в детстве прозвище - Черненькая, закрепившееся за ней надолго) и рано умершая Александра. К помощи старшей - Марии Николаевны, ведавшей вопросами литературы и искусства, она и обращалась в хлопотах за Гоголя, художника А. А. Иванова и многих других.
 

В начале 1832 года Александра Осиповна Россет вышла замуж за чиновника Министерства иностранных дел Н.М. Смирнова, человека симпатичного, увлекающегося искусством живописи, богатого помещика. После замужества А. О. Смирнова-Россет поселилась в Петербурге, в доме № 48 по Литейному проспекту, и друзья теперь встречались либо там, либо в доме Голенищева-Кутузова (рядом с Малым оперным театром на площади Искусств), у вдовы Карамзина.

 

Смирнова очень старалась, чтобы в ее литературном салоне все чувствовали себя хорошо и свободно. Описывая свой первый обед, на котором собралось в полном смысле избранное общество: Пушкин, Жуковский, Крылов, князь В. Ф. Одоевский, Вяземский, Плетнев, братья Виельгорские, а она должна была показать себя гостеприимной хозяйкой дома, - Смирнова-Россет с гордостью отмечает, что угодила даже такому гастроному, как Михаил Юрьевич Виельгорский: "Виельгорский, который очень-таки любил поесть, наговорил комплиментов Николаю (мужу) насчет его повара. Руссле превзошел самого себя для Виельгорского, так как Гиббон (метрдотель Николая I) сказал ему, что граф Михаил умеет оценить обед".
 

Пушкин знал хозяина дома давно. Он рассказывал Александре Осиповне, что любил рассматривать его коллекцию картин и великолепную библиотеку. С интересом расспрашивал о Байроне, об Англии и Италии, в которой Смирнов как дипломат прожил шесть лет.
 

"Смирнов мне очень нравится, - говорил Пушкин. - Он вполне европеец, но сумел при этом остаться вполне русским". Пушкин особенно ценил, когда хорошо говорили по-русски. Смирнова-Россет любила вспоминать, что однажды у Карамзиных она танцевала с Пушкиным мазурку: "Мы разговорились, и он мне сказал: "Как вы хорошо говорите по-русски". - "Еще бы, в институте всегда говорили по-русски. Нас наказывали, когда мы в дежурный день говорили по-французски, а на немецкий махнули рукой..."
 

Смирнов разделял любовь своей жены к обществу литераторов, и позднее у них бывали Гоголь, Хомяков, Лермонтов, И. С. Аксаков, Белинский, Тургенев и многие другие.
 

"Расцветала в Петербурге одна девица, и все мы более или менее были военнопленными красавицы", - много лет спустя вспоминал Вяземский об этой необыкновенной женщине, обладавшей "талантом дружбы", а Пушкин скажет в шутливом экспромте о молодой Александре Осиповне, пленявшей всех своей красотой:


Черноокая Россети

В самовластной красоте

Все сердца пленила эти.

Те, те, те и те, те, те...
 

С Пушкиным А. О. Смирнова-Россет познакомилась в 1828 году, но настоящая дружба началась позднее, когда, женившись на Н. Н. Гончаровой, поэт переехал в Царское Село, где в ту пору (1831) находился и Жуковский.
 

По вечерам Пушкин вместе с Жуковским заходили в Большой дворец, где жила очаровательная Россет. Во "фрейлинской келье" не смолкали горячие дебаты, споры, шутки. Она, в свою очередь, часто приходила к молодой чете. Наталья Николаевна обыкновенно сидела с книгой или вышиванием внизу, сам поэт работал в своем маленьком кабинете наверху.
 

Несколько позже Пушкин настойчиво советовал Россет вести записи и преподнес ей альбом, на заглавном листе которого написал "Исторические записки А. О. С". В альбоме Россет нашла стихотворение поэта:


В тревоге пестрой и бесплодной
Большого света и двора
Я сохранила взгляд холодный.
Простое сердце, ум свободный
И правды пламень благородный
И, как дитя, была добра.
Смеялась над толпою вздорной.
Судила здраво и светло,
И шутки злости самой черной
Писала прямо набело.
 

Жуковский и Вяземский ценили независимый ум насмешливой фрейлины и часто писали ей стихотворные послания. А вот романс, напевая который не каждый знает, что слова эти посвящены Александре Осиповне Смирновой-Россет:
 

Любил я очи голубые.

Теперь влюбился в черные.

Те были нежные такие,

А эти непокорные.
Те укрощали жизни волны.

Светили мирным счастием,

А эти бурных молний полны

И дышат самовластием.
 

Автор этого стихотворения - В. И. Туманский.
 

Вяземский, Жуковский, Пушкин были старше своей любимицы и относились к ней тепло и несколько покровительственно. Молодой писатель Николай Васильевич Гоголь вначале немного робел перед острой на язык красавицей.
 

Жизнь в Царском Селе способствовала более тесному сближению всех друзей с Гоголем, который также стал часто приходить к Пушкину, так как проводил лето 1831 года в Павловске в качестве гувернера при малолетнем В. А. Васильчикове. Просто поразительно, как умела Александра Осиповна увлекать сердца, вдохновлять самых различных людей: Жуковского, Вяземского, Пушкина, Гоголя, Туманского, Хомякова, который любил ее мучительно:

 

О дева-роза!

Для чего Мне грудь волнуешь ты

Порывной бурею страстей.

Желанья и мечты?..
 

Тяжело переживала А. О. Смирнова-Россет смерть А. С. Пушкина; вот почему такой благодарный отклик в ее душе нашло стихотворение М. Ю. Лермонтова «Смерть поэта», присланное ей в Париж друзьями. В 1837 году, вскоре по возвращении на родину, в салоне Карамзиных Александра Осиповна познакомилась с Лермонтовым. Поэт не раз бывал в новом доме Смирновых на Мойке, у Синего моста. О характере их взаимоотношений можно судить по стихотворным строкам, которые Лермонтов посвятил А. О. Смирновой-Россет:
 

Без вас - хочу сказать вам много.

При вас - я слушать вас хочу:

Но молча вы глядите строго,

И я, в смущении, молчу!

Что делать? - речью безыскусной

Ваш ум занять мне не дано...

Все это было бы смешно.

Когда бы не было так грустно.
 

Дружеские отношения связывали Александру Осиповну с Н. В. Гоголем. Их "сдружило", как впоследствии писала сама Александра Осиповна, "и обоюдное одиночество в свете, и сознание, что способности наши выше того слоя, где мы родились". Многие общие друзья отмечали тот их особый мир нежных, доверительных отношений друг к другу, скрепленный одинаковыми взглядами, понятиями, привязанностями и, наконец, религиозными чувствами.
 

Именно в салоне Смирновой-Россет летом 1837 года Гоголь читал первые главы "Мертвых душ". "Никто не займет место Гоголя в моем сердце, никогда не будет у меня такого верного, преданного, надежного друга", - писала Смирнова-Россет Жуковскому.
 

В 1876 году Смирнова-Россет навсегда покинула Россию, лечилась за границей, жила в основном у дочери в Англии и писала мемуары.
 

©Vadim M.Kavko Живописные истории www.teri-shop.narod.ru

 

Технология 52-го кадра. Живописные истории - каждую субботу - 52 раза в году. Занимательное субботнее чтение для всей семьи с картинками и роялем в кустах.

 

 

 

- ГЛАВНАЯ - ЭКСКУРСИЯ - БОНУС - ГАРАНТИИ - ГАЛЕРЕЯ ССЫЛОК - ГОРОСКОП - РАКУРС -

Рейтинг@Mail.ru

Hosted by uCoz